КТО СОХРАНИТ ДЕНЬГИ И БИЗНЕС В ЭКОНОМИЧЕСКОМ ШТОРМЕ?

Автор: Владимир Афонин 29.07.2011 15:46

Печать

№71/2002

Беседа с председателем Cовета директоров банка «Северная казна» Владимиром Фроловым

УВЯНЕТ ЛИ «ЗЕЛЕНЬ» ДО ОСЕНИ?

Владимир Николаевич, в мае 1998года Вы прогнозировали августовский кризис в России. За несколько месяцев до катастрофического обвала американского рынка NASDAQ уверенно заявляли о неизбежности резкого падения курса акций. Сейчас многих интересует судьба доллара. Насколько вероятна его девальвация и когда она может произойти?

Номинальная девальвация доллара — вопрос в значительной мере политический. Думаю, тут многое будет определяться итогами июльской встречи лидеров «большой восьмерки» в Генуе. Если, конечно, удастся удержать ситуацию под контролем до ее начала... Все зависит от того, насколько американцы и их союзники располагают желанием и возможностями постепенно распутывать клубок накопившихся проблем.

Кризис — не предмет прогнозов и ожиданий, а признание того, что уже реально случилось, уменьшив капиталы Соединенных Штатов, по оценкам специалистов, более чем на $ 5 трлн. Когда рыночная стоимость акций, составляющих богатство множества американских семей, в течение года уменьшается в два с лишним раза — это для них самый настоящий шок. Резкая же девальвация доллара — шок для всего мира. И если его не миновать, если не будет найдено оптимальных решений, а лимит допустимых ошибок окажется серьезно превышен, то наиболее подходящий момент для непопулярных решений — вторая половина августа 2001 г., период массовых отпусков, пока все отдыхают. «Очнулись гипс».

Кому может быть выгодна девальвация доллара в первую очередь?

Самим США. Они накопили колоссальные долги в собственной валюте. Обесценив доллары, например, на треть, они автоматически на треть обесценивают свой долг. Как говорится, кому я должен, всем прощаю. Решение, конечно, весьма спорное и с экономической, и с политической, и с этической точек зрения. Поэтому сказать сегодня совершенно определенно, в каком именно направлении будут развиваться события, очень трудно.

Однако цифры — упрямая вещь. Четыре десятилетия (1940-1980 гг.) государственный долг США плавно рос с нуля до $1 трлн. А за последние 20 лет увеличился почти в 6 раз! Если формально экстраполировать подобные темпы на будущее, то получается, что за первые 10 лет XXI века он должен пройти путь к рубежу в $ 30-36 трлн. Понимая опасность «пирамиды», новая администрация США, соглашаясь в этом вопросе с предшественниками, заявила о планах погасить госдолг страны в течение ближайших десяти лет. Консультативный комитет по заимствованиям при Ассоциации участников рынка облигаций направил Минфину США рекомендации прекратить выпуск 30-летних казначейских обязательств. Вместе с тем мощный кризис фондовых рынков вынудил инвесторов все активнее направлять капитал в американские госбумаги: в 1 квартале 2001 г. зафиксирован рекордный объем эмиссии новых долларовых облигаций. Но нельзя, согласитесь, одновременно и уменьшать госдолг, и его увеличивать!

Столь же острое противоречие сложилось у американцев и в сфере бюджета. Новая администрация, с одной стороны, объявляет о снижении налогов в целях стимулирования экономики. С другой — собирается усиливать гонку вооружений, чтобы обеспечить предприятиям солидные госзаказы. Первый шаг способен привести к уменьшению бюджета. Второй — объективно требует его увеличения. Каким образом компенсировать разницу? Опять за счет гособлигаций?

Динамика доходности по 30-летним облигациям казначейства США позволяет предположить, что возможности этого инструмента близки к пределу. Подобное напряжение, грозящее срывом, наблюдается и в международной торговле. Дефицит платежного баланса США в 1999 г. составил $330 млрд. В 2000 г. — уже около $420 млрд Что такое дефицит платежного баланса США? Несколько утрируя, это означает, что американцы за последние два года потребили «сверхнормативного» импорта на сумму $ 750 млрд, за который рассчитались не экспортом, а зелеными бумажками. Стоит американцам завтра девальвировать свои доллары в два раза, и у них появляется возможность в качестве «недоданного» вовремя экспорта поставлять за границу вместо каждых двух «Фордов» — только один. Вместо каждых двух «Боингов» — только один. Зато по цене в два раза дороже. Так что девальвация собственной валюты в этом смысле — очень удобная вещь.

Колоссальное увеличение за минувшие два года дефицита платежного баланса Соединенных Штатов привело к тому, что в итоге совокупные золотовалютные резервы ведущих стран мира, исключая США, достигли более $ 1 трлн. Более двух третей этой суммы размещено в финансовых инструментах, номинированных в долларах США. Резервы же самих Штатов довольно скромные — всего $ 66 млрд. Поэтому, случись девальвация американской валюты, у разбитого корыта опять-таки окажутся не столько США, сколько все остальные.

Судя по сообщениям деловой прессы, мир начинают потихоньку готовить к подобному повороту событий. То руководители Федеральной резервной системы, забыв о традиционном официальном оптимизме, вдруг заявляют, что огромный внешнеторговый дефицит США создает реальную угрозу девальвации доллара. То Национальная ассоциация производителей США обращается к секретарю казначейства Полу О-Нилу с требованием отказаться от политики сильного доллара. То известный финансист Марк Мобиус подчеркивает, что с точки зрения паритета покупательной способности евро продолжает оставаться недооцененным по крайней мере на 20%.

Интересно, какова будет покупательная способность долларов, если все они в один момент хлынут на американский товарный рынок?..

В связи с этим весьма примечателен небольшой график, опубликованный в одном из номеров журнала «Коммерсантъ-Деньги» со ссылкой на Федеральную резервную систему США и агентство Reuters. Красноречиво само название: «Как США печатали деньги и акции». Но главное в другом — кривая роста общей денежной массы, превысившей к началу 2001 г. $ 7 трлн., поразительно перекликается с кривыми роста индексов «традиционной экономики» Dow Jones и «новой экономики» NASDAQ.

Траектория «взлета» акций NASDAQ до марта 2000 г. практически идентична траектории роста денежной массы. Траектория «взлета» акций Dow Jones до января 2000 г. была еще круче. Но потом NASDAQ упал на 60%, Dow Jones — на 20%.

Не в этом ли «коридоре» — от 20 до 60% — скрывается возможный уровень первоначальной девальвации доллара?

А что значит первоначальная девальвация? Можно считать, что в последние два года нефть подорожала. А можно — что доллар подешевел. Можно считать, что платина подорожала. А можно — что доллар подешевел. Если взять мировую «промышленную корзину», то уже сейчас есть основания говорить о девальвации доллара. Весь вопрос в дальнейшей динамике этого процесса, в степени его плавности, управляемости, и, предсказуемости и открытости. Или лидеры «большой восьмерки» на встрече в Генуе придут к компромиссу й четко определят новые «правила игры». Или же этого не произойдет, и новые «правила игры» начнут пробивать себе дорогу самостоятельно, встряхивая по пути всю мировую экономику. — Вы согласны с мнением Джорджа Сороса, который еще пару лет назад заявлял, что пора вести речь о спасении не столько финансовой системы, сколько всей мировой цивилизации?

Сорос — один из признанных специалистов глобальной финансовой «кухни». Он знает, о чем говорит. Его книга «Кризис мирового капитализма» заканчивается весьма грустно: «Предстоит худшее». Оно действительно может случиться, поскольку дутый доллар и потенциальная «пирамида» американского госдолга — это еще не источник всех нынешних и будущих бед мировой экономики. Это — только следствие. А «собака зарыта» гораздо глубже.

СВЕРШИТСЯ ЛИ ВСЕМИРНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ?

Владимир Николаевич, во время последнего Всемирного экономического форума в Давосе противники глобализации переворачивали дорогие автомобили и били витрины в Цюрихе, Берне, Женеве. Такого накала страстей тихая Швейцария не знала, пожалуй, даже в годы второй мировой войны. Первого мая — опять массовые беспорядки: в Берлине, Лондоне. Почему человечество начинает откровенно лихорадить ?

В процессе развития цивилизации ведущую роль играет экономика как способ оптимальной организации ресурсов. Лихорадит экономику — лихорадит общество. Еще в сентябре 1998 г., выступая в конгрессе США, Джордж Сорос сказал буквально следующее: «Система мирового капитализма трещит по швам. Сегодняшний спад на фондовых рынках США является лишь симптомом, к тому же запоздалым, говорящим о более глубоких проблемах, поражающих мировую экономику» Сорос обвиняет во всем рыночный фундаментализм и в качестве причины глобального кризиса называет конфликт рыночных и социальных ценностей. С этим можно согласиться, но я бы предпочел вести анализ в плоскости исключительно экономических категорий. На мой взгляд, налицо острейший кризис не просто фондовых рынков, а курсовой экономики как таковой. Нельзя ставить знак равенства между финансовыми спекуляциями и реальными инвестициями.

Из биржевого спекулянта такой же инвестор, как из Лени Голубкова — бизнес-партнер. Финансовый капитал должен питать развитие конкретных экономических проектов, а не карманы фондовых игроков: сегодня одного, завтра — другого, послезавтра — третьего. Азартные игры на крупнейших фондовых площадках мира можно было бы считать внутренним делом их участников, если бы не объективные законы экономики. Она действительно нуждается в притоке настоящих инвестиций и жестоко мстит за то, что их лишается, когда деньги просто не успевают доходить до производственного сектора. Значительная часть капитала, похоже, безостановочно вращается на вторичном рынке, превращая фондовые биржи из экономического инструмента в подобие казино.

Несколько лет назад я был на семинаре «Повышение стоимости бизнеса», организованном американскими консультантами. Направляясь на него, предполагал, что речь пойдет о способах снижения издержек, совершенствования маркетинга и прочих подобных вещах. Оказалось, нет. «Вы нам платите деньги — мы «раскручиваем» цену ваших акций на бирже» — таков был нехитрый совет американцев.

Хорошо, согласился я с ними. Возьмем фирму, состоящую из трех программистов и трех компьютеров. Ее владелец платит вам деньги — вы «раскручиваете» стоимость данного бизнеса до 1 млн. долларов. Платит еще — «раскручиваете» до 10 млн., до 100 млн., до 1 млрд. Где предел? Американцы скромно промолчали.

Современная мировая экономика может в любой момент взорваться от того, что нарушен основопола-Щ гающий принцип: инвестиции — развитие — прибыль. Этому правилу в полной мере отвечала дивидендная экономика, где доходы собственника (дивиденды) напрямую зависели от реального результата. Однако на каком-то этапе словно бес всех попутал: на смену дивидендной экономике пришла курсовая, где доходы собственника стали все больше зависеть от рыночной цены акций, которая, в свою очередь, стала определяться не столько реальными результатами, сколько зачастую иллюзорными ожиданиями. Но царство миражей не имеет никакого отношения к процессу оптимальной организации материальных ресурсов, и такая «искусственная» экономика может попросту исчезнуть, поскольку лишена объективно необходимых функций. Одна «искусственная» экономика — советская — уже канула в Лету.

Ход мировой истории в XX веке во многом определялся попытками преодолеть отчуждение труда от средств производства. В XXI веке пришел черед преодолевать отчуждение капитала от средств производства? Инвесторы всех стран, объединяйтесь?

Исторические катаклизмы есть способ разрушения назревших противоречий. Сегодня противоречия очевидны. Способ их разрешения пока неизвестен. Но в то, что курсовая экономика в ее нынешнем виде способна существовать долго и счастливо, поверить практически невозможно.

Классическое правило: стоимость бизнеса не должна превышать 12 годовых прибылей. В противном случае уровень дивидендов будет соизмерим со ставкой по банковским депозитам, и самостоятельное предпринимательство просто теряет смысл. Срок окупаемости составляет 12 лет — значит, средний размер дивидендов равен 8,33% годовых (1:12x100%). Увеличим срок окупаемости, к примеру, до 15 лет — средний размер дивидендов, соответственно, уменьшится дб 6,66% годовых (1:15x100%). Уже мало! 12 годовых прибылей — верхний предел стоимости бизнеса.

Совокупную же стоимость акций NASDAQ «раскрутили» в момент пика до 140 годовых прибылей! Если отбросить спекулятивную составляющую, то что остается? Купив такой «бизнес», жди возвращения вложенных средств эти самые 140 лет, получая в среднем дивиденды в размере 0,7% годовых (1:140x100%). А если учесть, что бизнес требует развития, и другое классическое правило рекомендует направлять на выплату дивидендов лишь одну десятую часть прибыли, то их размер уменьшается до микроскопической величины в 0,07% годовых. При подобных дивидендах ждать возвращения денег придется уже не 140, а 1400 лет! Такому «инвестору» внушительный памятник надо поставить на манер статуи Свободы!

Но ведь есть же научное объяснение. Тот же Сорос пишет: «Артур Брайан и другие ученые разработали концепцию растущей доходности, которая оправдывает рост производства за рамки классического равновесия в надежде, что развитие технологии будет резко снижать затраты на производство и таким образом увеличит прибыли благодаря доминирующей позиции на рынке. Эта теория подорвала одно из самых свято охраняемых заключений экономической теории, а именно оптимальность свободной торговли».

С подрывным характером данной теории абсолютно согласен! Она уже многое взорвала и, боюсь, взорвет еще. Надежды, что «развитие технологии будет резко снижать затраты на производство и таким образом увеличит прибыли», оправданы лишь тогда, когда инвестируется именно развитие технологий, а не доход биржевого спекулянта!

Допустим, «инвестор» Джонс купил пакет акций высокотехнологичной компании у «инвестора» Смита, который на деньги от сделки отправился на белоснежном лайнере в океанский круиз. Извините, но Джонс отдых своего коллеги инвестировал, а не высокотехнологичную компанию! Вот если бы инвестиции получила сама компания и направила их на оплату труда исследователей, конструкторов, на изготовление опытных партий — в таком случае можно было бы говорить о развитии технологий.

Дутый доллар и дутый биржевой индекс — близнецы-братья. Под залог переоцененных в десятки раз акций американцы набрали в банках массу полновесных кредитов, и рано или поздно этот финансовый «пузырь» может лопнуть. Причем попытки расшевелить сникший фондовый рынок игрой вверх-вниз не должны никого сбивать с толку: для спекулятивных операций это единственный верный ход, поскольку любая остановка в таком деле — смерти подобна.

Сколь высоко можно «раскручивать» акции, теперь ясно. А как глубоко они еще могут упасть ?

К объективно оправданному уровню стоимости бизнеса. Если ориентироваться на оценки специалистов, то до «дна» пока далеко. Даже в феврале 2001 г. соотношение цена/прибыль для акций компаний, входящих в индекс NASDAQ-100, превышало 80 — при исторической норме данного индикатора, равной 15. В течение XX века это же соотношение для компаний, входящих в индекс S&P-500, тоже колебалось вокруг уровней 12-15, а в начале апреля 2001 г., тем не менее, составляло 23. Исходя из пропорции 23:15, можно прогнозировать падение акций даже традиционной экономики еще примерно в полтора раза.

Собственно, о такой же перспективе говорит и известный аналитик и теоретик фондового рынка Ричард Рассел, который считает, что даже в случае реализации наиболее благоприятного сценария индекс Dow Jones должен провалиться как минимум до уровня 6350 пунктов, то есть именно в полтора раза. Все должно, наконец-то, стать на свои места. Еще в 1991 году основатель «Сони» Акио Морита пытался предупредить американцев, говоря в одном из интервью: «Будущее любой нации формируется не теми, кто может манипулировать и наживаться на ценных бумагах, а способностью нации производить хорошие продукты- Ничто не является более фундаментальным для любой нации или экономики, чем ее способность производить реальные товары». Начав разговор о судьбе доллара, мы перешли к перспективам современной курсовой экономики в целом, которая, похоже, просто исчерпала себя. И сейчас цивилизация стоит на пороге иных подходов к развитию мирового хозяйства. Возможно, это будет прямое инвестирование через Интернет. Налицо системный кризис, способ разрешения которого и определит судьбу человечества в XXI веке.

Беседовал Владимир Афонин (Интервью подготовлено 14 мая 2001 г. к Уральскому экономическому форуму)