Print
Hits: 3324

Русский поэт, белый эмигрант, Арсений Иванович Несмелов (наст. фамилия – Митропольский) был арестован в Харбине (Китай) 23 августа 1945 г. органами МГБ-НКВД и вывезен в СССР. Приблизительно месяц спустя (точной даты мы, наверное, никогда уже и не узнаем), в сентябре все того же 1945 года, года трагичного и воистину гибельного для русской национальной эмиграции, он закончил свое земное странствие в пересыльной тюрьме Гродеково под Владивостоком… Официальная причина смерти – инсульт. Так 56 лет назад оборвалась жизнь замечательного русского поэта (русского не только по записи в графе «национальность), офицера 1-ой Мiровой войны, белогвардейца, монархиста, последовательного русского националиста и антикоммуниста. Таковым он и оставался вплоть до своего ареста Советами, до лета 1945 г. В одном из стихотворений той поры, обращаясь к своему старому соратнику, офицеру-белогвардейцу, Несмелов писал: «Смешно, постарели и вымрем,/В безлюдье осеннем, нагом,/Но все же, конторская мымра,/Сам Ленин был нашим врагом…». А ведь в трагические дни лета 1945 г., последовавшие за падением Германского Райха, свою политическую ориентацию если не меняли, то значительно корректировали многие вполне уважаемые люди…

Ныне о Несмелове пишут – немного, неохотно, как бы сквозь зубы. Понимая, что вычеркнуть его из истории русской литературы не удастся, современные еврейские литературоведы (а других, увы, у нас в России нет) относят самого Несмелова ко второму, а то и третьему ряду русской поэзии — в первом у них, естественно, пастернаки да мандельштамы. Даже красный Маяковский своим жидолюбием заслужил у либералов некую, пусть и половинчатую, реабилитацию. Не то – Несмелов. Ему не простили ни членства во Всероссийской фашистской партии К. Родзаевского, ни активной работы в партийном органе ВФП – журнале «Нация» (в нем он писал под псевдонимом «Н. Дозоров«), не простили, главное, его убойных антижидовских стихов… Правда, лучшие представители современной русской поэзии, такие, как А. Широпаев, С. Яшин, Н. Боголюбов, знают и ценят творчество Несмелова. Мы же, в свою очередь, предлагаем читателям «ЭР» несколько стихотворений поэта, опубликованных в 1937 г. в харбинском журнале «Нация».

Русскому рабочему

(к 1-му мая 1938 г.)

В двадцатый раз приходит май,

В двадцатый раз под игом красным

Ярмо неволи подымай,

И утверждай, что жизнь прекрасна…

В двадцатый раз на площадях

Кричи «ура!» кремлевской своре…

Хотя в душе тоска и страх,

И сердце рвет и точит горе.

В двадцатый раз среди рабов

Иди рабом с покойной выей.

И слушай яд жидовских слов,

И углубляй разрыв с Россией.

В двадцатый раз из-за куска

Слезами смоченного хлеба,

Жида к святыням подпускай,

И клевещи на Русь и небо.

Ищи же друга! С кем союз?

С кем раздавить врага как гада?

И на вопросов этих груз –

Ответ: фашистская триада!

В ней – Бог, в ней – Нация, в ней – Труд!

Почет Труду – опоре строя!

И к нам рабочие придут,

Чтоб дело двинулось святое.

Борису Коверде.*

Год глухой… Пора немая…

Самый воздух сер и нем.

Но отважно поднимает

Коверда свой револьвер.

Грозный миг как вечность длится, —

Он грозово напряжен.

И упал цареубийца

Пулей русскою сражен.

Русский юноша Иуду

Грозным мщением разит,

Эхо выстрела повсюду

Прокатилось и гремит.

Не одна шумит Варшава,

Громы, отзвуки – везде.

И приносит подвиг славу,

Вам — Борису Коверде.

Нация», Харбин, № 9, 1937 г.)

Всенациональное

Надвое тревожно мир расколот,

Каждое мгновенье – на века.

На знаменах вражьих – серп и молот,

На знаменах наших – свастика!

(«Нация» № 1 – 1937)

*Борис Коверда (1907-1987) – русский эмигрант. 7 июня 1927 г. на Варшавском вокзале застрелил (казнил) Пинхуса Войкова – советского посла в Польше, одного из убийц Свв. Царственных Мучеников. Осужден польским судом к безсрочной каторге, замененной 15-летним заключением. В 1937 г. по амнистии был освобожден. Освобождению из польской тюрьмы Б. Коверды посвящено данное стихотворение А. Несмелова.

Публикация и примеч. А. Жукова.