Республиканская партия получила большинство кресел в Сенате США, согласно итогам проходящих в США промежуточных выборов. Таким образом, весь конгресс оказался под контролем партии Джорджа Буша.

По данным агентства Associated Press, победу республиканцам принесли выборы в штате Миссури, где им удалось одержать верх над демократами в борьбе за 50-е место в Сенате.

Теперь голос вице-президента США Дика Чейни обеспечит им необходимое преимущество в Сенате для утверждения законопроектов, которые сочтёт нужным предложить администрация Джорджа Буша.

Результаты выборов в конгресс, по данным американской телекомпании CNN, выглядят следующим образом:

1. Палата представителей: Республиканская партия - 226 мест, Демократическая партия - 200

2. Сенат: Республиканская партия - 50 мест, Демократическая партия - 46

3. Выборы губернаторов: Республиканская партия - 25 штатов, Демократическая партия - 19

Напомним, что выборы конгрессменов проходили во всех 50 штатах, выборы в Сенат - в 34, в 36 штатах жители выбирают губернаторов.

Принц Турки аль Фейсала, возглавлявший саудовскую Службу общей разведки до прошло­го года - «крестный отец» ваххабитов, действующих в России и Средней Азии. Сын убитого в 1975 году короля Фейсала возглавил Службу общей разведки в 1977 году. Он известен как специалист по «афганскому» досье: в сотрудничестве с ЦРУ и спецслужба­ми Пакистана Фейсал координировал действия моджахедов, воевавших про­тив советского контингента в Афга­нистане. Как известно, афганских мод­жахедов и присоединившихся к ним арабских боевиков обучали инструк­торы из ЦРУ, оружие и боеприпасы к ним поступали через Пакистан. По со­общениям американских исследовате­лей спецслужб, во время афганской эпопеи на каждый доллар, который отпускался Вашингтоном для борьбы с советскими солдатами, Саудовское королевство выделяло в два раза больше. Бывший шеф разведки вспомнил в Москве, что встречался с бен Ладеном пять раз в период с 1983 по 1990 год. Четыре встречи прошли в Пакистане — Пе­шаваре и Исламабаде, а пятая состоя­лась в офисе Службы в Джидде.

По мнению Фейсала, бен Ладен жив, но его организация насчитывает теперь не более 5 тысяч бойцов. Бывший шеф разведки считает, что по «Аль-Каиде» нанесён смертельный удар.

«Я 25 лет молчал, теперь могу го­ворить», — заявил принц Фейсал. По­нятно, что разведчики такого ранга, даже уйдя со службы, в отставку не выходят и секретов не выдают. И тем не менее все высказывания Фейсала относительно России и чеченской проблемы заслуживают внимания. Дело в том, что на протяжении пос­ледних лет Саудовская Аравия в засылала ваххабитов и финансировала во­оружённые группировки радикальных исламистов арабского происхождения, в том числе и Хаттаба (ко­торый был убит в Чечне в этом году).

Согласно Фейсалу, Россия и Саудовс­кая Аравия, два крупнейших произ­водителя нефти и газа, должны со­трудничать и координировать свои действия в этой важнейшей области, иначе они окажутся в состоянии со­перничества, наносящем ущерб друг другу. Эту часть высказываний принца нельзя расценить иначе, как при­глашение в корне пересмотреть отно­шения двух стран.

Оно прозвучало в момент, когда в Вашингтоне заговорили о необходи­мости снять зависимость США от энергоресурсов из Ближнего Востока и переключиться на сотрудничество с Россией. В этом случае, говорят аме­риканцы, у вашингтонской админи­страции будут развязаны руки в от­ношении арабских стран, и особенно Саудовской Аравии, которая в после­днее время проявляет невиданную строптивость. Многолетний надеж­ный союзник США на Ближнем Вос­токе Эр-Рияд стал открыто выступать против планов войны с Ираком. В Москве Фейсал ещё раз подчеркнул, что Саудовская Аравия не поддержит акцию против Ирака, и здесь он ви­дит точки соприкосновения интере­сов его страны и России.

Примечательно и третье важное высказывание саудовского разведчи­ка: он предлагает российским му­сульманам быть творчески активны­ми и соответствовать той высокой роли, которую Россия играет в му­сульманском мире. Иначе говоря, Фейсал теперь присоединяется к арабским политикам, обвиняющим сепаратистски настроенных россий­ских (чеченских) мусульман в стрем­лении ослабить Россию и тем самым помешать ей стать центром, который в какой-то степени мог бы противо­стоять экспансионистским планам США и на который могли бы ориен­тироваться арабские страны. Вот вкратце содержание тех сигналов, ко­торые Саудовская Аравия передала Москве посредством влиятельного члена королевской семьи.

По нашим данным, Путин заключил тайный союз с Саудовской Аравией, которая обещала ему обеспечить скорейшее решение чеченского вопроса в обмен на поддержку Россией Ирака и всего арабского мира против США и Израиля. Фактически арабский мир уже начал необъявленную войну против них, объявив бойкот американским и израильским товарам, и выведя более 300 млрд. долларов из экономики США.


(Орденская идея в России). Окончание. Начало в №86

Для России орденская идея немыслима вне Православной традиции. Поэтому политический орден в религиозной сфере должен строго находиться в церковной ограде. Главная цель ордена — необходимость существовать и действовать «в миру», а не в келье или скиту. Политическая цель ордена — это приход к власти. Являясь провозвестником симфонии властей духовной и мирской, орден, выступая от лица последней, и призван воссоздать священный принцип Симфонии в его монархо-патриаршей полноте. Только православный орден может поставить перед собой и решить задачу по формированию новой монархической национальной элиты, освященной Небесным покровительством Царя-мученика Николая Александровича.

Конечно, такая работа требует творчества с большой буквы. Самостоятельное творчество, без оглядки на Запад, за последние 200 лет с трудом давалось русскому человеку. Запад для нас — и пугало, и судья. Это отступление от генеральной темы сделано не случайно. Понятие ордена в уме русского интеллектуала прежде всего сопряжено с католической орденской традицией, или масонскими орденами. Можно предвидеть настороженность православной общественности к самой орденской тематике, к теме элиты. Но если у нас не появится организационно сплоченной национальной элиты, Россия исторически умрет. Тогда предчувствия наших великих умов, их озарения, прозорливость святых старцев о нашем возможном возрождении станут лишь укором из прошлого деградировавшим и выродившимся потомкам, не сумевшим воспользоваться последней исторической возможностью воплотить в жизнь Великий замысел Божий о России как Святой Руси.

Блестящий философ конца XIX века К.Н.Леонтьев и знаменитый автор теоретического труда, актуального сегодня как никогда прежде, «Монархическая государственность» Л.А.Тихомиров первыми сформулировали задачу: создать русские духовные ордена. Это было началом философского и богословского осмысления православной орденской идеи. Лев Александрович Тихомиров писал: «Конечно, тут дело касалось не только какого-нибудь Иезуитского Ордена, а мысли наши бродили вот над чем. Борьба за наши идеалы встречает организационное противодействие враждебных партий. Мы все являемся разрозненными. Правительственная поддержка скорее вредна, чем полезна, тем более, что власть как государственная, так и церковная, — не даёт свободы действия и навязывает свои казённые рамки, которые сами по себе стесняют всякое личное соображение. Необходимо поэтому образовать особое Общество, которое бы поддерживало людей нашего образа мыслей повсюду — в печати, на службе, в частной деятельности, всюду выдвигая более способных и энергичных. Константин Николаевич Леонтьев в письме своему другу И.И. Фуделю также писал: «Знаете что? Я знал одну великую игуменью (из дворян), она два года тому назад (в 1888 году) умерла всего сорока трёх лет. Она говорила: «Нам нужны новые монашеские ордена, которые могли бы больше влиять в мире».

Нет сомнений, что возникновение этого вопроса напрямую связано с процессом духовного одичания российской интеллигенции, обмирщения церковной иерархии и национально-государственным распадом Российской Империи. В эпоху Московского Царства, когда русский народ был единым организмом, народом-Церковью, вопрос об орденских организациях возникнуть принципиально не мог. Уникальная формула существования Московского Царства: Единая Bepa, Единый народ, Единый Царь, — была фундаментом зримого воплощения национально-религиозного идеала Святой Руси.

Именно период распада духовных основ национального бытия, ломок всех рамок и иерархических связей народного организма поставил вопрос о создании новых островков духовного и национального возрождения.

Как уже отмечалось выше, нам часто возражают, что подобными островками сейчас могут выступить церковные приходы и дублирование их в виде братств и орденских организаций не имеет смысла. Позволим себе возразить. История Западных Русских Земель, вошедших в состав Речи Посполитой, учит нас иному. Дело в том, что в католическом польско-литовском государстве на протяжении всего периода его исторического существования большинство населения было православным. Сохранились достаточно многочисленные приходы. Периоды гонений на русское православие сменялись периодами религиозной терпимости. Типологически та этно-конфессиональная ситуация напоминала наше нынешнеее российское безвременье. Именно тогда, в далеком 17 столетии, русские люди в Белоруссии и на Украине создавали первые прототипы орденских структур – православные братства. В то нелегкое время именно братства сохранили православие на русском Западе, сохранили там Русь для потомков. А вот именно через приходы католические миссионеры улавливали сначала священников, а затем и часть прихожан в Унию. Эта опасность и побудила западноруссов перенести центр духовной и национальной жизни из приходов в братства. Приходится признать, что церковный приход и в наше время не может пока стать очагом не только духовного, но и национального возрождения русского народа. Причины такому бедственному положению были изложены выше.

В силу особенностей постсоветской духовной разрухи, приход зачастую дублирует в гротескных формах наш постсоветский хаос в душах и головах. В демократическом государстве, где нет ничего святого, где всё продается и покупается, Церковь вынуждена существовать и вести свои финансовые и правовые дела, которые, как мы уже говорили, есть слабо затянутая петля на шее. Но где гарантии, что петлю не будут затягивать ещё грубее. И как жаль будет расставаться с доходными церковными лавочками и магазинами. Мы уже указали на то, что в латинском понятии «ordo» заключалась масса смысловых оттенков. Для нас в «ordo» важным является идея сословного служения высшему идеалу. Именно поэтому, мы вправе рас­сматривать будущие ордена как сообщества нового сословия, связанного идеей служения Церкви в мире, как новое рыцарство, как орудие Церкви и верных её чад на политическом, го­сударственном поприще, но, конечно, как неотъемлемую часть Русской Православной Церкви. Сейчас нашей истинной Церкви особенно необходима структура, которая будет действовать во внешнем мире от её имени. Как мы уже писали выше, этот союз Церкви и светских орденов призван стать провозвестником возрождения Симфонии власти, духовной и светской. Орден, как внешний орган Церкви — это прототип своего рода новой опричнины, в смысле опоры Трону. Именно потому православный орден по определению может быть только сугубо монархической организацией, храня понимание монархии как политического идеала Православной Церкви. Мы никого не удивим, если скажем, что в нашей Церкви есть немало противников не только святости Царя-Мученика Николая II, но и людей, отвергающих монархию в качестве канонического идеала политического устройства для Церкви и православного народа. И в этом вопросе непонимание граничит с откровенной враждебностью. Поэтому священная хоругвь Царя-Мученика по необходимости будет знаменем становления православных орденов и братств в России!

Наверное не случайно создание русских орденских организаций началось в эмиграции. В Праге русское сокольство «уподобляется в идейном смысле рыцарскому ордену в условиях нашего времени, где люди связаны между собой узами братства, дисциплины и клятвенным обещание служить своему народу, а через него славянству и человечеству». Орденская идея лежала в основе Национальной Организации Витязей в русском Зарубежье. Ну а действительно первая реально действующая и ныне существующая первая Православная «орденская организация, основанная в 1929 году, — Российский Имперский Союз-Орден. Имперский Союз осознал себя орденом в сороковых годах. Именно тогда к названию Союза прибавили сушностное определение — Орден! Для понимания орденской идеи опыт РИС-О очень важен. Уже на заре своей жизни в эмиграции Имперский Союз заклеймили как ретроградский. Ещё бы, нужна была политическая воля и духовная зоркость, чтобы высоко поднять монархическую хоругвь и занять, впоследствии, жёсткую «антикирилловскую линию». РИС-О считали архаичной организацией без будущего различные ошметки кадетов, октябристов и прочих февралистов, имена и организации которых канули в Лету, а РИС-О жив. У имперцев славная военная история. Именно к ним можно отнести слова яркого современного русского публициста Игоря Лавриненко: «Они всегда держали в боевой готовности наши русские средства: Крест и Меч». Член, а затем и руководитель Российского Имперского Союза-Ордена Н. Сахновский воевал в составе Бельгийского Валонского легиона войск СС под командой убежденного католика Леона Дегреля. Будучи комендантом в сельской местности на Кубани, он обратился к простым людям, напомнив им о враждебности для русских людей большевиков. Н. Сахновский не собирался обманывать людей и мнимой альтернативой подчинения фашистской идеологии. Людям он прямо и честно заявил, что проливать свою кровь русские люди должны только за восстановление в России Православной Монархии. На призыв Сахновского откликнулись, и из добровольцев (!) был составлен целый батальон. Эти люди пошли за ним не из страха перед немцами. Тогда началось немецкое отступление и многим было ясно, что немцы войну уже не выиграют. Оружие батальон Сахновского получил только на Украине, и вырываясь из окружения в Корсунь-Шевченковской операции Красной Армии батальон почти полностью погиб в героической рукопашной схватке.

Доставалось имперцам и от легитимистов, последователей Кирилла Владимировича — самозванного «императора». Идеология РИС-О оказалась единственной путеводной нитью для эмиграции. Благодаря преданности самодержавной монархии членов РИС-О и многих русских людей в Зарубежье стала возможна канонизация Царской семьи в 1981 году Русской Православной Церковью Зарубежом.

Огромное историческое значение для нас в том, что РИС-О — это, фактически, последняя действующая организация Зарубежья, пережившая все политические потрясения XX в. и принесшая Белую монархическую хоругвь в Россию только в 1998 г. Руководитель РИС-О К.К.Веймарн зорко наблюдает за переменами у нас, и только полтора года назад было принято решение перевести орденскую работу в Россию. Для нас, православных русских людей, Хоругвь РИС-О — это символ незыблемой верности православно-монархической традиции, символ правопреемства и духовного единения Руси Коренной и Зарубежной. Nomen est Omen— в имени предзнаменование. Первая русская организация с именем орден вопреки скепсису либералов пережила XX в. и принесла нам спасительную веру в возможность по Благодати Божией возродить Святую Русь и высокий Трон.

Очевидно, что в эпоху апостасии суть орденского служения — подвиг богатырства за Идеал Святой Руси. О духовном богатырстве и ратоборстве замечательно писал Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн в статье: «Подвиг богатырства». Необходимым духовным актом богатырей веры должно быть молитвенное стояние друг за друга. Взаимная молитва и Соборное единомыслие — это действительно духовная кольчуга, которая, даст Бог, окажется крепче паутины, сплетенной для России антиорденом разнокалиберных врагов Православного народа.

В условиях, когда в России фактически нет сословий, разрушены все традиционные связи, наши надежды устремлены на Православную Церковь и армию, которая выйдет из Чечни армией победителей. Казачье движение пока носит двойственный характер. Оно или дублирует на местах бюрократические структуры князьков-губернаторов, или носит маскарадный характер в крупных мегаполисах. Хочется верить, что истинное казачество ещё заявит о себе. Так или иначе, но именно в этих структурах должен начаться кадровый отбор в духовные ордена и братства. Именно эти люди составят новую аристократию России.

Крайне важно подчеркнуть принципиальное неучастие духовных орденов в т.н. политической жизни России. Политическая система у нас устроена таким образом, что все священные идеалы немедленно будут дискредитированы и опошлены тысячеглотыми СМИ. Всякая попытка политической легализации своей деятельности, погоня за «юридическим лицом» - есть капитуляция перед разрушителями России, в чьих руках сейчас политическая и экономическая власть.

Глубинное архетипическое сознание народа оживляется символами. В России всё — от национального герба до детских игрушек пропитано воинской символикой. Икона XVI века «Церковь воинствующая», изображающая ангельское воинство в одном строю с православными витязями, — являет собой зримое выражение духовной основы бранной жизни русского человека, иконописным выражением православной орденской идеи. Л.А. Тихомиров утверждал: «Над народами нет высшей власти. Каждый должен уметь стоять за себя. Для этого нужна сила. А важнейшим условием внутренней силы является способность организовываться. Одних духовных стремлений мало: для практической деятельности надобно, чтобы народ, ищущий политической независимости, во-первых, умел образовать более или менее прочное правительство, соединяющее вокруг «себя лучшие силы страны. Народ, лишенный военных способностей, не может иметь притязаний на государственное существование». Ратный фактор является необходимым составляющим элементом орденской идеологии.

На орденском знамени мы можем начертать четыре девиза нашей борьбы: Православие, Самодержавие, Национальное единство и Ратный подвиг богатырства. Один из современных авторов журнала «Ориентация», скрывшийся под инициалами В.И., замечательно описал стратегию орденского единения, ссылаясь на опыт первых христианских общин. «...Речь идет не о конструировании новой государственной системы, а о создании новых организмов на развалинах империи.

Ранние христиане не стремились изменять власть, они создавали островки нового образа жизни (во всяком случае, отличного от того, каким жили римские обыватели). Первые христиане жили в своём мире, они по-своему относились к людям, по-своему справляли праздники, по-своему устраивали досуг, по-своему воспитывали детей. В то время как все остальные граждане морально разлагались и растрачивали свою энергию на пошлые развлечения, христиане духовно крепли. Принцип был таков: здоровое отделяется от больного и начинает существовать как самостоятельный организм, предоставляя вольному возможность умирать отдельно. Иными словами, люди со здоровой психикой и духовно близкие должны создавать закрытые (для больных) объединения. Во всяком случае, именно так поступали христиане. Объединения эти не стоит путать с политическими организациями, ибо последние преследуют вполне конкретную материальную цель». Перед нами задача организации духовного пространства в своего рода Арьяварту – страну благородных арьев, воспитывающих свою политическую элиту, которую возглавит национальный вождь.

Национальный вождь сегодня не может появиться в политических партиях или государственных структурах. Вождь русского народа появится вне Системы как безусловный духовный лидер политически активной части православных русских людей, как венец кропотливой орденской работы, а может быть, по воле Божией, и как Православный Царь Руси.

У нас — великие духовные ценности, сохранённые нашей Русской Православной Церковью. У нас — великая героическая история. У нас — замечательный язык и неповторимая культура. Если мы найдём в себе силу и волю встать и сражаться — за нами будущее, если нет — не только мы, весь мир рухнет в хаос предапокалиптического распада, сколь бы надёжным и комфортным он не казался.

С нами Бог.